Их трио нечасто разделяли, они действовали как единый механизм — четко, слаженно, оперативно. Алеку никогда не нравилось отступаться от проработанной тактики, он в их команде всегда играл роль того, кто прикроет. Если остальные сумеречные охотники вели счет убитых демонов и хвалились своими послужными списками, то старший Лайтвуд обычно отмалчивался, потому что иначе расставлял приоритеты. Спасать и защищать ему всегда нравилось больше, чем убивать.

<АКТИВ>     <ЭПИЗОД>
Тема лета --> Summer sale     Фандом недели -->

rebel key

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » rebel key » Архив завершенных эпизодов » Из-за нее вся жизнь равна нулю


Из-за нее вся жизнь равна нулю

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Из-за нее вся жизнь равна нулю
[Оно]
Richard Tozier, Edward Kaspbrak

Соулмейт!ау, где Ричи ищет ту самую единственную, а Эдди страдает с чужими именами на своих руках.

— — — — — — ✁ ✄ ДОПОЛНИТЕЛЬНО

хапнем стекла немножечко?

+5

2

[icon]https://cdn3.savepice.ru/uploads/2017/11/13/60d64a65842a0fd1dca9eb87f857b30a-full.png[/icon][sign]http://sg.uploads.ru/t/ihWoN.gif[/sign]

родство душ. бывает, хоть и крайне редко.
вроде сиамских близнецов. всегда вместе.

Ричи не планировал возвращаться вечером. Он думал завалиться домой под утро, раскидать по комнате свои ботинки и завалиться в постель прямо в одежде. Планировал подняться на свой этаж часов в шесть, громко греметь замком и разбудить шумом Эдди. Но в итоге стрелка часов приближалась к часу. Ночь только начинала набирать свои обороты, когда Тозиер целенаправленно двигался по тротуару, слегка покачиваясь от усталости и высокого градуса дешевого алкоголя, который он пару часов назад вливал в себя литрами. Засунув левую руку в карман куртки, парень нащупал лишь дешевую зажигалку, пачку сигарет и обрывки каких-то бумажек. С раздражением перехватив бумажный пакет, в котором скрывалась уже теплая бутылка светлого пива, Тозиер проверил второй карман. Теперь пальцы нащупали одинокий ключ от съемной халупы, которую он и делил с лучшим другом. Однако, когда парень поднял свой взгляд кверху и обнаружил, что в нужном окне – невероятно «удивительно», ведь время давно перевалило за полночь! – не горит свет, он замешкался. Эдди уже спал и будить его своим появлением совершенно не хотелось. Плюс ко всему, Ричи так и не пришел в себя, несмотря на то что преодолел несколько кварталов. Ему было просто необходимо проветрить мысли и остудить рассудок, но вряд ли прогулка смогла бы как-то на это повлиять. Вероятно, впервые в жизни Тозиер был настолько разочарован.

Если бы кто-то сейчас попросил знакомых Ричи охарактеризовать его одним словом, то услышал бы в ответ вполне однотипные ответы. Всегда довольный — жизнь прекрасна и в худшие, и в лучшие дни, особенно если худших у тебя толком и не бывало. Любитель вечеринок на выходных, щедро сдобренных алкоголем, музыкой и вкусной едой. Ричи Тозиер никогда не выглядел подавленным, задумчивым или же расстроенным. Он злился из-за сущей ерунды и обычно приступы ярости на очередную идиотку, возомнившую себя центром его мира, нельзя было назвать полноценной эмоцией. Ричи быстро остывал и не был злопамятным. Он не видел проблемы в мелочах. А мелочами для него было практически любое событие – от несданного вовремя зачета до потерянного кошелька со всеми заработанными деньгами, ради которых он практически каждую ночь пробовал себя в роли диджея местного клуба. Пожалуй, единственным человеком, который мог бы разбудить в Тозиере искренние эмоции, был Эдди Каспбрак. Друг детства. Но сегодня что-то щелкнуло в голове Ричи.

Он в очередной раз стал именем на чьей-то руке.

Тозиер закурил и опустился на верхнюю ступень крыльца, устремляя свой взгляд в сторону. Поиски своей родственной души стали для него своего рода соревнованием. Он едва ли не вел свой собственной список попыток. Однако, мог себе представить, что сегодняшняя была десятой или около того. Случайные связи Ричи не пугали, даже наоборот. Будучи тем, кто покидает спальню еще до рассвета, он редкий раз вспоминал о девушках, с которых проводил ночи в этих самых спальнях. Зачем помнить тех, кто не станет частью твоей жизни?

Та, с кем он провел последний час, была хорошенькой. Не безумно красивой, но весьма приятной. Ричи знал ее уже сравнительно долго, около полугода они посещали одни и те же вечеринки и парочку совместных семинаров. Она была одной из тех, кто легко находит свое место в любой компании. Острая на язык, невысокая смуглая брюнетка, она была едва ли не первой, к кому Ричи испытывал не просто физическое влечение. Ему показалось, что она похожа в чем-то и на него самого, а потому… Он выпустил облачко дыма изо рта, и оно рассеялось так же стремительно, как и мысль о том, что его солумейт носит имя Вероника.

Буквы, темными завитками выведенные на руке девушки, он увидел практически сразу после того, как она заснула. И не мог понять, почему не заметил витиеватого «Алекс» раньше, до своей очередной ошибки. До того, как на руке у неведомого ему соулмейта появятся подобные буквы. Ричи скрипнул зубами – никакой Алекс и, уж тем более, никакого в его жизни не было. Сегодня, пару дней назад, неделю или год. Он не был знаком с человеком, носящим такое имя. Кто-то другой изменял Веронике, сам того не ведая. А кому-то изменял Ричи.

Порывисто поднявшись со своего места, Ричи бросил окурок в сторону урны и промахнулся. Он практически в два прыжка добрался до дверей и осторожно вошел внутрь, стараясь не разбудить остальных жильцов. Ричи перехватил бутылку пива поудобнее и двинулся вверх по лестнице. Неприятный скрип пары ступеней в тишине спящего дома показался ему чертовски громким. Скорее всего, ему не придется распить ее утром, потому как кто-то из разбуженных соседей – а, быть может, и сам Эдди, – захочет разбить ее о голову шумного парня.
К тому моменту, как Ричи оказывается возле двери, ведущей в их с Каспбраком комнату, часы уже показывают половину второго ночи. В темноте он попадает в замок только с третьего раза; несколько поворотов и вот Ричи уже на пороге их студенческого пристанища.
В полутьме комнаты, освещаемой лишь светом от уличного фонаря, Ричи сбрасывает с ног «гриндерсы» и плетется к своей кровати. Неловко задев ногой тумбочку, он громко чертыхается и тут же заставляет себя заткнуться – не хватало еще и в самом деле разбудить Эдди. Однако, когда Тозиер щурится, пытаясь рассмотреть в темной фигуре друга, лежащей на соседней кровати, спит ли тот, он понимает, что беспокоиться уже не о чем.

Ричи падает на свою кровать, прижимаясь спиной к стене, увешанной постерами, и подбирает под себя ноги. Кровать скрипит, только усиливая собой какофонию всех звуков, которые издал своим появлением Тозиер.

Он облизнул пересохшие губи и, немного подумав, откупорил бутылку. Он делает глоток, а затем протягивает ее Эдди, заранее предполагая ответ.

– Будешь? – хрипит он, когда пиво попадает не в то горло, и заходится в кашле. Ричи приходится несколько раз стукнуть себя кулаком по груди, прежде чем дыхание выровнялось. Он склоняет голову на бок и снова щуриться, силясь рассмотреть лицо Эдди, – Ты чего не спишь, детка?

«Детка». Такое обращение к Эдди уже стало для Тозиера привычкой, от которой сложно избавиться. И дело тут не в чем-то гейском или банальном желании зацепить друга. На реакцию Каспбрака в моменты, подобные этому, Ричи старается и вовсе не обращать внимания.

– А я сегодня рано, – легкая интонация совершенно не соответствует пульсирующей венке на шее Тозиера, он все еще находится под впечатлением от минувшей вечеринки и последствий. Неприятных впечатлений от очередной неудачи. Впрочем, совсем уж случившееся назвать неудачей нельзя, Ричи понимает, что показал себя только с лучшей стороны, да и сам остался довольным той девочкой. И именно поэтому он сейчас улыбается своим мыслям, – Кстати, помнишь Веронику? Ну, на которую я тебе показывал возле колледжа? Угадаешь, кто ее сегодня сделал чуточку счастливее?

Он смеется, в ожидании ответной реакции, склонив голову на бок и пристально смотрит на Эдди.

+4

3

Эдди аккуратно закрывает книгу и откладывает ее в сторону. Взгляд сам собой цепляется за циферблат дурацких настольных часов, когда-то подаренных Ричи на очередной праздник (Эдди бы соврал сам себе, если бы сказал, что не помнит на какой именно), и парень вздыхает. Почти пол первого ночи. Каспбрак трет глазами воспаленные глаза, почти с ненавистью и бесконечной усталостью смотрит на конспекты лекций, которые лежат перед ним на столе, а потом поднимается со своего места. Ножки стула проезжаются по полу, скрипят, и Эдди морщится. После нескольких часов занятий формулы пляшут перед глазами, и Каспбрак хочет просто отдохнуть, но шумного соседа нет на месте, а это означает только одно - ранним утром он завалится в комнату, счастливо улыбаясь, упадет на свою кровать и заснет, похрапывая из-за неудобной позы.

Эдди, по правде говоря, был единственным, кто смог бы выдержать Ричи больше пары часов рядом. Если в детстве он уже был невыносимым, то после взрывного пубертата Тозиеру просто сорвало башню. Он стал симпатичнее, выше, понял это и начал пользоваться без зазрения совести. Он флиртовал с девушками так просто и часто, как дышал; ему почти все сходило с рук. Можно сказать, что Эдди ему даже немного завидовал. Пусть его собственные веснушки и сошли после четырнадцати лет, но уверенности в себе не прибавилось.

После школы почти все Неудачники (к предвыпускному классу став уже вполне себе Удачниками) разъехались из Дерри кто куда. Бэв вместе с Беном отправились в Портленд, Билл уехал вообще в Британию, Стэн - в Хьюстон. Только Майк остался в Дерри, решив, что не хочет бросать своего отца и его ферму. Как-то так вышло, что Эдди и Ричи решили поступать в Нью-Йорк и именно поэтому сейчас снимали одну небольшую квартиру-студию на двоих. Ничего необычного или странного, они все же лучшие друзья с детства, не разлей вода, если бы не одно но.

Эдди всегда любил истории про соулмейтов. Сказки, фильмы, просто рассказы людей, которым посчастливилось найти свою пару - все это будоражило сознание Каспбрака, мальчика с тысячью болезней и мамой, которая пристально следила за каждым его шагом. Эдди мечтал о том, что найдет своего соула и убежит с ней куда-нибудь подальше от своей грузной маменьки. И они будут жить бок о бок, как во всех этих сказках, справляясь со всеми трудностями сообща. К четырнадцати годам образ улыбчивой девушки-соула сменился на образ парня, но Каспбрак довольно быстро смирился с тем, что играет за другую команду, правда, так никому и не признался, кроме Беверли. А потом произошло то, что заставило все мечты Эдди разбиться на тысячу кусочков.

Им с Ричи было по пятнадцать лет, когда это произошло. У Эдди только-только прошел день рождения, он чувствовал себя как никогда хорошо. Летом ему все же удалось поспорить с горячо любимой мамулей и та поумерила свой пыл. Теперь Каспбраку можно было засиживаться допоздна и даже ночевать у Ричи. И вот во время одной из таких ночевок Эдди и понял, что судьба - та еще редкостная сука.

За два дня до этого на его руке появилось имя некой Эмили, написанное таким корявым почерком, что Эдди не сразу разобрал слово. Надпись зудела где-то первые десять минут после проявления, а Каспбрак смотрел на нее, словно на змею, готовую укусить. Эмили. Женское имя. Значит, его соул предпочитает девушек, а не парней. Что ж, это было плохо, но Эдди постарался не унывать. Бывают же бисексуалы, верно? К тому же это первый опыт, может этот парень слишком загнан в рамки общественных норм (почти как Эдди), боится сказать всем, что он гей (почти как Эдди), опасаясь, что кто-нибудь в духе Генри скинет его с моста (почти как Эдди). Наверняка все именно так, думал Каспбрак, старательно отгоняя от себя мысль, что его соулмейтом мог оказаться натурал.

А потом они сидели поздно ночью в комнате у Ричи, замотанные в теплые пледы, и смотрели какой-то легкий и туповатый боевичок. Эдди постоянно оттягивал рукав своей толстовки ниже, боясь, что Тозиер заметит женское имя и все не так поймет. Или слишком так. У Каспбрака как раз начали слипаться из-за усталости и тепла глаза, когда Ричи, шкодливо улыбнувшись, придвинулся ближе и толкнул засыпающего друга в бок. Эдди встрепенулся и почти испуганно взглянул на него, но до конца проснулся только тогда, когда Ричи мечтательно рассказал о Эмили, с которой смог перепихнуться пару дней назад. Сердце Каспбрака разбилось, так и не успев радостно забиться из-за найденного соулмейта.

Естественно, Эдди ничего ему не рассказал тогда и не расскажет и сейчас. После той Эмили в жизни Ричи появлялись и исчезали Барбары, Люси, Нэнси и другие девушки. Некоторые оставались навсегда на предплечье Эдди, каждый раз напоминая ему, насколько он несчастен. Мальчики росли, Ричи все также продолжал неуместно шутить, иногда проходясь по тому, что Каспбрак теперь постоянно носил кофты только с длинными рукавами; после выпускного их компания вся разъехалась.

Эдди не знал, что его сподвигло согласиться снимать вместе с Ричи квартиру. Мало того, что он совсем не следил за порядком, так еще и... Новые имена на руках Эдди стали появляться куда чаще, чем раньше; к концу первого года он уже насчитал шесть имен. Но что-то не давало Каспбраку отказаться от общения с Ричи. Для всех они были лучшими друзьями с детства, и никто не знал о безответной влюбленности и именах на руках. Пару раз Эдди пытался завести себе отношения, даже какое-то время встречался в тайне с милым парнем с соседнего факультета, но дальше пьяных поцелуев у них ничего не зашло.

Руку почти возле запястья начинает жечь, и Эдди матерится, чувствуя, как сердце замирает на мгновение. Вроде бы пора уже было привыкнуть, что Ричи любит развлекаться на вечеринках по полной, но все равно каждый раз так тоскливо, когда на коже появляется имя очередной девушки. Каспбрак закатывает рукав и смотрит, как, буква за буквой, на руке появляется имя Вероника. Почерк все такой же корявый, как и у имени Эмили, и Эдди на секунду кажется, что это сам Тозиер небрежно пишет чужое имя у него на руке. "Ты педик, Эдс. А я вот нет, так что буду писать тебе имена всех девчонок, которые мне дали, чтобы ты помнил, насколько ты ущербный. Хороший прикол, так ведь?"

Эдди бледнеет и резко одергивает рукав, сглатывая неприятный комок в горле. Ричи никогда так не скажет хотя бы потому, что он не знает о том, кто его соулмейт. Смаргивая непрошенные слезы, Каспбрак убирает все со стола, умывается и ложится спать. Тозиер точно его разбудит, но пусть он перед этим успеет поспать хотя бы пару часов.

Пижама у Эдди тоже с длинным рукавом. Он проводит пальцами по ткани и ненавидит все это бессильно. Хочется подойти к Ричи, показать ему свою руку и крикнуть, что он сдается. Что он терпел так много лет, но всему приходит конец. Но Эдди понимает, что он не имеет права ставить Тозиера перед таким фактом, поэтому молчит и покупает еще одну рубашку, рукава которой почти закрывают ему пальцы. Забираясь в постель, Эдди думает о том, что у Ричи руки будут чистые до самой смерти.

Уснуть Каспбрак так и не смог. Через полчаса возле двери раздается шум и в квартиру вваливается Ричи, чуть не спотыкаясь о порог. Эдди вздрагивает и поворачивается, рассматривая в темноте друга, который, после светлого подъезда, ничего не видит и двигается почти наощупь. Тозиер крадется с грацией пьяного медведя, но при этом старается быть потише, не зная, спит ли Каспбрак. У Эдди от такой незатейливой заботы щемит сердце, и он ерзает на месте, привлекая внимание и выдавая себя с головой.

Каспбрак отрицательно мотает головой, а потом еще и добавляет голосом:

- Нет, не буду, - и тебе не советую, бьется в голове у Эдди, но он замалчивает это, подтягивая одеяло повыше и укрываясь им.

От обращения Ричи, которое срывается у того с языка так привычно, Каспбрака трясет. Каждый чертов раз он представляет, как это ему шепчет Тозиер с той самой интонацией, прибереженной для девушек, и каждый чертов раз понимает, что это невозможно. Эдди ерзает на месте, укладываясь на бок.

- Я повторял материал. Мистер Стивенсон обещал в понедельник провести тест по двум последним темам, так что... - договаривать Каспбрак не стал, прикрыв на секунду глаза. Постепенно нервозность сходила на нет, как и всегда, когда Ричи был рядом, и Эдди расслаблялся. Тозиер тут, пьяный, конечно, пахнущий чужими духами и пивом, но такой довольный, что Каспбрак почти забыл о очередном имени. Если бы сам Ричи не напомнил ему об этом.

Эдди замирает, закрывает глаза на секунду, собирается с силами и отвечает своим обычным голосом:

- ...Ты? - Ричи смотрит на него, Эдди почти физически ощущает его взгляд, поэтому теряется, но продолжает, - Она, м-м-м, милая. Твой соулмейт?

Он знает, что она точно не его соулмейт. Он знает, что Ричи давно пытается найти ту единственную (вариант с "тем единственным" даже не рассматривался, так что Эдди грустно усмехается) и, если бы это действительно была она, то Каспбрак не видел бы Тозиера еще пару дней.
[icon]https://78.media.tumblr.com/3e01f9307b74099fa15fbf95bec7f3bb/tumblr_ofwtbiBtoS1qeey9xo1_250.gif[/icon]

+4

4

Как только тема разговора коснулась соулмейтов, Ричи в темноте зажмурился, словно терпел физическую навязчивую боль. Пользуясь темнотой и поддаваясь алкогольному опьянению, парень не особо заботился о том, что Эдди увидит его таким вот. Задетым, болезненным, убитым своими собственными мыслями и чувствами, бесконечно уставшим от всей этой чертовщины и жизни в целом. Впрочем, кто если не Каспбрак видел Тозиера и в худшие, и в лучше моменты жизни. С этим человеком можно было быть собой и Ричи точно знал, что тот от него не отвернется при любом раскладе. Парень пожал плечами в ответ на отказ и сделал несколько больших жадных глотков из своей бутылки, морщась от горечи, словно заметил ее присутствие впервые. В голове пульсирует последняя фраза, произнесенная Эдди. Тозиер прикрывает глаза и вжимается в стену затылком еще сильнее. «Твой соулмейт».

Надеюсь, что милая, — Ричи слабо дергает плечами и тяжело вздыхает. Образ его родственной души никогда не проявлялся в его фантазиях. Он не придумывал себе эффектную красавицу модельной внешности или же свою женскую версию, которая бы поддержала его в любом безумии. Тозиер никогда не стремился предугадать судьбу и не мечтал о ком-то конкретном. Ему было абсолютно плевать на то, каким будет его соулмейт и, в то же время, он жаждал поскорее это узнать. Однако, у судьбы на этот счет были явно другие планы, а Тозиер по прежнему оставался именем на чьих-то руках, — Я представления не имею о том, кто эта счастливица.

В памяти флэшбеками пролетают события вечера и Тозиеру теперь кажется, что уже с самого начала он должен был понять, что Вероника не его судьба. Он не стремился показать себя романтиком и вообще тем, кто искренне верит во всю эту чепуху и сказки про соулмейтов, но он именно таким и был. Круглым идиотом, которому казалось, что при встрече с человеком, который обязательно пройдет с тобой рука об руку всю твою жизнь, он, Ричи, должен будет испытать еще хоть что-то, кроме возбуждения. Словно подсознание должно подсказать ему правильный ли он сделал выбор. Быть может, его соулмейт и в самом деле научилась этому фокусу.

Ричи делает маленький глоток пива и склоняет голову чуть в сторону, погружаясь в собственные размышления. Иной раз он думает о том, какой вообще смысл в родственных душах, если хорошо провести время можно с любой девчонкой, а для всего остального у него есть Эдди. Любящий и понимающий. Самый лучший друг. Быть может, если отказаться от дурацких поисков, жизнь покажется куда более приятной? Не то чтобы Тозиер тратил львиную долю своего времени и усилий на то, чтобы найти себе спутницу на всю жизнь. Но тем не менее, когда он понимал, что одна из девушек не его судьба, он всегда уходил. Сам не мог понять почему, но он просто возвращался к себе в квартиру и несколько дней отходил, становясь примером для подражания. А затем все повторялось снова.

Вероника, вообще-то, милая тоже. Я даже подумываю о том, чтобы забить на всю эту чушь с родственными душами. В конце концов, кто знает, как обернется ее появление для моей привычной жизни. Мне, например, просто разобьет сердце тот факт, что тебя у меня скоро может забрать какая-то красавица, — он хитро улыбнулся, щурясь и даже не смотря в сторону Каспбрака. Ричи поставил бутылку между ног и закатал рукава своей рубашки. Совсем немного, чуть ниже локтей. Пальцы не слушаются его пьяный разум и потому Тозиеру сложно сосредоточиться на каком-то действии. Он хочет просто сидеть и превращаться в растекающееся сонное дерьмо, — Как думаешь, бывают же случаи, когда соулмейты так и не находили друг друга? И ладно если они просто слишком далеко друг от друга... Представляешь, кто-то мог быть рядом всю жизнь и так и не понять этого.

Он отмахивается от собственных мыслей и закрывает рот. Ричи и сам не может определиться еще в том, нужна ли ему родственная душа, но зачем-то ищет. А потом строит вот такие цепочки. Определенно, история помнит случаи, когда соулмейты так и не встречались. Эта мысль не дает покоя Ричи. Он не интересовался подобным и не стремился подкреплять свои доводы фактами из надежных источников, но это было слишком очевидно. Мир — такая большая выгребная яма, что сложно представить, будто каждому удается найти свою судьбу. Определенно, многие умирают в одиночестве. Может быть, с сотней татуировок по рукам. Может быть, у некоторых имена не только на руках. А может быть, как и руки Ричи, чьи-то остаются чистыми. Тозиер непроизвольно открыл глаза и мазнул взглядом по рукам. Он заворачивает рукава темной рубашки еще сильнее и вздыхает, наблюдая за тем, как свет уличного фонаря выделяет его бледность и полное отсутствие чужих имен. Он проводил ладонью по руке, скорее машинально, а потому тут же отдергивает пальцы, словно ударил сам себя током. Ричи уже несколько раз шутил о том, что, быть может, его судьба монахиня в какой-то церкви и поэтому ей не удается изменить ему. Или же она просто еще не выросла и годам к сорока у него будет молодая красивая спутница жизни. Но оставаясь наедине с собой он испытывал стыд и страх. Ему было страшно из-за вероятности никогда не встретиться с «той самой». И Тозиеру было заранее неловко перед этой девушкой за чернильные неровные буквы, которые — он был почти уверен в этом! — сейчас причиняют ей дикую боль. Душевную, естественно. Или же... Ричи повернулся к Каспбраку. Они никогда особо не обсуждали соулмейта, который был связан с самим Эдди. Ричи выпрямился, с трудом отлепившись от стены, и отставил бутылку в сторону. Он немного наклонился вперед и уперся одной ногой в пол, дабы подстраховать себя от пьяного падения. Ричи поджал губы и на его лбу пролегла задумчивая складка, словно он соображал как вообще задавать подобные вопросы. Да, они были близкими друзьями и сам Ричи всегда охотно делился своими мыслями и осечками, когда заходил разговор о родственных душах. Но Эдди никогда не говорил о себе в таком ключе. Вдруг ему просто не хочется?

Ричи тряхнул головой, прогоняя подобные мысли прочь. Они прожили вместе большую часть жизни, делясь абсолютно всем, ведь так? Он имеет право просто поинтересоваться.

Я никогда не видел твоих татуировок. Они у тебя вообще есть? — фраза, которую он проигрывал у себя в голове вот уже минуту, получилась весьма корявой и путанной. Ричи еще и заикаться начал в конце, практически как Денбро, их старый общий друг. Старый — в плане того, что дружба эта кончилась уже давным давно, а не в том, что Билл являлся человеком, проверенным временем, — Покажешь мне? 

Тозиер поднимается с кровати и подходит к окну. Обычно он не курит в комнате — Эдди гоняет его в коридор. Но сейчас Ричи просто не в состоянии и двух шагов сделать, не запнувшись одной ногой о другую, а потому посылает другу извиняющийся взгляд и чуть приоткрывает верхнюю часть окна. Ночной ноябрьский воздух холодным порывом бьет ему по лицу, но Ричи уже устроился коленями на подоконнике и достал из кармана пачку сигарет. Прикурить ему удалось лишь с третьей попытки и только тогда он, дрожащей рукой поднес сигарету к губам и глубоко затянулся.

Он косится на Эдди, готовый, на самом деле, в любой момент бросить окурок в приоткрытое окно и захлопнуть его, если Каспбрак выразит свое негодование. А еще он ждет ответа. Сам не знает, что хочет увидеть, но ему просто интересно какого это — получать татуировки с чужими именами. Больно ли это физически или тебя ломает только от осознания собственной ненужности? Почему-то Ричи становится обидно, словно на его руках дюжина чужих имен и он остается за бортом счастливой жизни.

Давай, Эдс, — лениво растягивает он слова, — Покажи мне руки. Мои ты видел.

[icon]https://cdn3.savepice.ru/uploads/2017/11/13/60d64a65842a0fd1dca9eb87f857b30a-full.png[/icon][sign]http://sg.uploads.ru/t/ihWoN.gif[/sign]

Отредактировано Richard Tozier (2017-11-23 14:38:02)

+3

5

Эдди чувствует себя неловко. У Эдди шея уже затекла лежать полубоком и при этом смотреть на Ричи, но он старается не обращать на это внимание. У Эдди дыра в груди размером с Нью-Йорк и на это тоже хочется наплевать. Но не получается.

- Я уверен, что она будет самой милой девушкой на планете, - криво улыбается Каспбрак и все же меняет немного позу, пряча руки под подушку и чуть ее приподнимая поэтому. Становится немного полегче, и Эдди правда не знает, от чего больше: от шеи, которая наконец-то расслабилась, или от спрятанных так отчаянно рук. Слова слетают с языка сами собой, но Каспбрак не жалеет ни секунды. Поддержать Ричи хочется до покалывания в пальцах и сухости во рту.

Он не знает, то ли это, что хочет от него услышать Тозиер, но искренне надеется, что не прогадал. Ричи очень пьян и необычно задумчив, словно эта Вероника стала последней каплей. Словно он уже готов бросить все и перестать искать своего человека. У Эдди от этой мысли что-то щемит в груди, и он не совсем понимает, что это за чувство. Он рад? Он расстроен? Скорее второе, думает Каспбрак, понимая, что Ричи не сможет прожить без всего этого, потому что слишком влюблен в саму идею соулмейтов. Почему же Эдвард с ним так поступает и не говорит ничего?

"Потому что будет только хуже, - жестко отвечает сам себе Эдди, смотря на чуть склонившего в сторону голову Ричи, - Потому что он наверняка будет ужасно зол, когда поймет, что его соул - парень. Потому что парни - не его тип. Потому что я - не его тип. Потому что у него элементарно встает только на девочек с красивой грудью, а не на тощих парней. Понимание того, кто его соул, может сломать его похуже вот этих неудач."

Несколько секунд проходят в молчании. Каждый из парней думает о чем-то своем. Эдди прижимается щекой к подушке ближе и едва слышно вздыхает. Следующие слова Ричи выбивают весь воздух из легких.

- Д-дело твое, Ричи, - голос предательски дрожит, и Эдди специально громко прочищает горло, пытаясь скрыть за этим неловкость. Сердце так быстро колотится в груди, что ему кажется, что Ричи все-все услышит и поймет. Эдди неловко смеется на последнюю фразу, с грустью понимая, что кроме вот таких вот шуток ему ничего не светит, и качает головой, - Никуда я не денусь, не беспокойся. Кто же кроме меня сможет заставлять тебя хотя бы иногда убираться в комнате?

Смех мгновенно застревает в горле у Эдди, и он хрипит, словно раненый под ребра. На глаза наворачиваются слезы и слава богу, что этого не видно в темноте. Каспбрак отворачивает голову, на секунду вжимаясь в подушку лицом и вытирая так слезы, а потом снова смотрит на Ричи, который в своей задумчивости случайно ранил Эдди до нестерпимой боли.

- Так лучше, чем знать о своем соуле, но не иметь возможности коснуться иначе и быть кем-то большим, - глухо произносит Эдди, а потом прикусывает язык, понимая, что сейчас почти раскрыл себя. Поймет ли Ричи?

"Не поймет. Не должен. Пожалуйста, не надо."

Эдди старательно отводит глаза и не видит, как Ричи закатывает рукава, только слышит тихий шорох ткани. Смотреть на него сейчас практически больно, поэтому Каспбрак ерзает, заматываясь в одеяло почти по самую макушку, оставляя только лицо открытым, чтобы дышать. Хочется, чтобы Ричи не продолжал этот тяжелый разговор, чтобы он просто упал и уснул, как делал всегда до этого, возвращаясь домой после гулянок. Хочется и самому уснуть и все забыть.

Ричи возится на своей кровати, пытаясь то ли улечься, то ли наоборот подняться. Эдди все же переводит на него взгляд и пристально следит за тем, как Тозиер ставит бутылку на пол, как та немного шатается, но все же становится ровно, не разлив на пол ни капли, как нетвердым шагом идет к окну и достает сигареты. Сил, чтобы делать замечание по этому поводу нет.

Каспбрак уже почти готов подняться и спокойно уложить пьяного Ричи спать, как он делал много раз до этого, но застывает на кровати каменным изваянием, слыша вопрос Тозиера. Слыша, как внутри что-то рушится.

Эдди не спешит с ответом. Да черт возьми, он готов вырвать себе язык, чтобы не отвечать, но в таком случае Ричи все равно сможет посмотреть на его руки, исписанные именами его девушек, начиная с пятнадцати лет. Эдди крепко сжимает ладони в кулаки и смотрит так испуганно-испуганно, как не смотрел ни на кого до этого, в том числе и на Генри Бауэрса еще в средней школе. Пауза затягивается, и надо бы уже что-то ответить, чтобы не выглядеть полным придурком.

- Я... - начинает Каспбрак и неосознанно подцепляет пальцами края рукавов на пижаме, чтобы Ричи точно не смог ничего увидеть, - Я не...

В голове мечутся мысли, и Эдди не знает, какую лучше отговорку выбрать. Сказать, что у него нет татуировок на руках и он этого так жутко стесняется, что никому не показывает, даже собственной матери? Ричи не поверит наверняка, потому что сам Каспбрак неоднократно доказывал ему, что пустоты на своей коже бояться не надо. Сказать, что у него женские имена на руках? Ошарашить сразу? Нет, пьяному Ричи (да и трезвому наверняка тоже) станет интересно и он точно попробует посмотреть. Эдди не знал, что сказать, поэтому закусил губу.

- Я не могу, извини, - наконец выдыхает Эдди и отодвигается назад, вжимаясь в стену, словно это может его спасти от внимательного взгляда Ричи, - Я не хочу говорить об этом.

Запах сигарет долетает до Каспбрака, но тот даже не морщится показушно, слишком напряженный. Горло дерет от невозможности сказать правду, и Эдди хочется сбежать. Интересно, Макс, один из его университетских друзей, сможет принять его сейчас, такой поздней ночью?
[icon]https://78.media.tumblr.com/3e01f9307b74099fa15fbf95bec7f3bb/tumblr_ofwtbiBtoS1qeey9xo1_250.gif[/icon]

Отредактировано Edward Kaspbrak (2017-11-24 19:23:50)

+3

6

[icon]https://cdn3.savepice.ru/uploads/2017/11/13/60d64a65842a0fd1dca9eb87f857b30a-full.png[/icon][sign]http://sg.uploads.ru/t/ihWoN.gif[/sign]

tokio hotel - love who loves you back;

Серьезно?

Ты промолчишь?

Тозиер отворачивается и отправляет Эдди долгий взгляд. В его глазах невозможно рассмотреть какую-то эмоцию из-за недостатка освещения, но в его мрачном силуэте достаточно недосказанностей. Тот факт, что Эдди отказался и будто закрылся от него, от своего лучшего друга, достаточно сильно задевает Ричи, а он слишком пьян, чтобы контролировать свои эмоции и хотя бы постараться не показывать того, что ему неприятно. Он поджимает обветренные губы и снова отворачивается к холодному ночному пейзажу за окном, снова поднося сигарету к губам. Когда до фильтра остается пара затяжек, Ричи прижимается к стеклу и грудью наваливается на перегородку оконной рамы, перевешиваясь на ту сторону обеими руками и головой. Складывается впечатление, что еще немного и он просто выпрыгнет к чертовой матери из этой комнаты. Однако, Тозиер просто выпускает изо рта кольцо дыма и, отбросив недокуренную сигарету прям на лужайку возле здания, начинает жадно глотать морозный воздух. Он водит пальцами по стеклу с обратной стороны и пристально смотрит в одну точку — в темноту, скрывающуюся между веток старого дерева, растущего неподалеку. В голове у Ричи практически пусто, словно сквозняк напрочь выгнал из нее все мысли, которые парень хранил. Он кусает нижнюю губу нервно, несколько раз — на ней уже и так достаточно темных отметин от зубов, но от дурацкой привычки Тозиер никогда не избавится, — и затем, наконец, отстраняется от стекла и закрывает окно.

Давно у нас появились секреты друг от друга? — голос его звучит твердо, но в интонации все же сквозит обида. Ричи буквально видит ту стену, что в одну секунду выросла между ним и Эдди и ему это максимально не нравится. Он вполне готов разбивать ее собственной головой, но здравый разум убеждает в том, что силой тут ничего не решать. Тозиер спрыгивает с подоконника и плюхается на пол, рядом с кроватью Эдди. Он спиной облокачивается на нее, утыкаясь позвоночником в твердую доску. Он сгибает ноги в коленях и прижимает и обхватывает их руками, сжимая в одной ладони запястье другой руки, — Что в этом такого, Эдди? Что может быть хуже чистых запястий? Я вообще...

Он осекается. Вполне вовремя прикусывает язык, ибо то, что он хотел сказать, могло вылиться в достаточно грубую речь. Тозиер нервно дергает плечом и лениво косится в сторону бутылки, оставленной в метре от того места, где он теперь устроился. Слабость во всем теле вытеснила из головы Ричи мысль о том, что эта бутылка и ее содержимое ему в самом деле столь необходимы. Он тяжело выдохнул и запрокину голову назад, утыкаясь затылком в смятое одеяло Эдди. Свет от фонаря прямо светил на его лицо и Ричи чувствовал себя звездой в свете софитов. Тозиер тяжело вздыхает и мысленно продолжает собственную прерванную тираду.

Наверное, что угодно может быть хуже чистых запястий, но Ричи так не считает. Мысль, которая крутится в его голове в связке с данным фактом, не оставляет в покое. А вдруг у него и вовсе нет родственной души? Вдруг и такие случаи бывают? Или же он будет первой аномалией, обреченной на одиночество или же пьяные связи? Однако, он никогда не будет говорить об этом. Ричи искусает свои губы, но не начнет ныть. Да ведь, по сути, и не зачем.

Тозиер не боится одиночества. В конечном счете, у него действительно есть Эдди. Ведь есть же? Он более чем уверен в том, что никакие соулмейты не заменят им друг друга. Но ему нравится сама идея о том, что есть в мире человек, созданный для тебя. И тот факт, что для него, вполне вероятно, никого просто и нет — не бывает так, чтобы руки всегда были чистыми, это просто бред! — делает его не таким, как все. Не особенным, а просто бракованным. Как щенка с изъяном, одного такого во всем породистом выводке.

Это твое дело, Эдс, — сухо отмахивается он, когда понимает, что пауза слишком затянулась. Ричи закрывает глаза, прекрасно понимая, что может уснуть прямо тут, на полу, не вернувшись в собственную постель. Но не находит в себе силы и желания сделать несколько шагов. Пальцами он теребит дыру в штанах, на колене, дергая из края ткани маленькие ниточки. Руки Тозиера всегда находятся в хаотичном движении, когда тот нервничает. Словно в попытке таким образом отвлечь его от того, что волнует по-настоящему. Ричи нервничает постоянно — точнее, психует. Он заводится с пол-оборота и иной раз даже сам не понимает, по какой причине. Сейчас Тозиер тоже чувствует, что закипает. Однако, сегодня он прекрасно ощущает мерзкую скребущую ревность. Дать другое определение этому чувству парень не может. Он ревнует. Из-за этой блядской стены, которая выросла между ними из-за мелкой недосказанности, он почувствовал себя, как смертник, балансирующий на краю перед обрывом.

Самое трагичное в том, что Тозиер чувствует за собой вину. Он не злится на Эдди, но мысль о том, что тот стал таким скрытным из-за какой-то ошибки Ричи, не отпускает. Какая именно это ошибка, увы, не известно. Тозиер никогда не попадал в подобные ситуации, особенно с Каспбраком. И теперь, в первый раз, к горлу подкатывает предательский удушающий ком. У нас точно все хорошо, Эдс? Скажи, что ничего не изменилось. Блин, скажи, что я все еще твой лучший друг.

Ты хотя бы планируешь сказать мне, когда твоя красотка у тебя появится? Или она уже с тобой и поэтому ты прячешь от меня руки? — Ричи давит из себя нервный смешок и невидяще поворачивается к Эдди, все еще лениво прикрывая глаза. Он просто несет всякую околесицу, но в душе по какой-то причине боится утвердительного ответа. Словно не хочет, чтобы у Каспбрака появилась родственная душа.

Что это такое, Ричи? Ты серьезно настолько дерьмовый друг, что не желаешь Эдди счастья?

Мысль о том, что он ревнует, даже не приходит в голову. Это звучит слишком абсурдно. Ричи пугается собственной мысли о том, что он просто злится из-за того, что Эдди вполне может найти соулмейта в то время как он, Балабол, так и останется в гордом (да не особо и гордом, хватит врать, хорошо?) одиночестве. Ричи сжимает собственное запястье в хватке еще сильнее, до побелевших костяшек. И думает о том, что ему пора прекращать пить. Он уже давно перестал получать удовольствие от чувства опьянения. Раз от раза он впадает в уныние. Теперь же и Эдди тянет за собой.

Отредактировано Richard Tozier (2017-11-28 00:28:58)

+2

7

Эдди чувствует, как настроение Ричи меняется. Его взгляд, невидимый в темноте комнаты, но ощутимый кожей, проходится по нему, словно он не то сказал. Эдди сжимается сильнее, хмурится и крепко сжимает руки в кулаки, чувствуя, как аккуратно остриженные ногти впиваются в мягкие ладони. Боль совсем-совсем не помогает, не отвлекает, что бы там ни говорили в книгах и фильмах. Ни черта не помогает.

Каспбраку хочется заскулить побитой собакой и уползти в уголок подальше, лишь бы спрятаться от взгляда Ричи, не видеть его напряженную фигуру силуэтом на фоне окна; это ранит сильнее, чем что-либо. Но он не может, он слишком слаб, чтобы доверить хоть кому-то свою тайну, чтобы поделиться ей с Ричи. Может быть они бы что-нибудь и придумали вместе, но Эдди так боится нарваться на презрение и отвращение, что только запихивает свою глупую и такую болезненную любовь к лучшему другу поглубже. И страдает. Он бы хотел жить в мире, где нет всех этих соулмейтов, где нет предрассудков, но какой-то частью сознания Эдди понимает, что все равно бы влюбился в Ричи, как дурак. Потому что в него невозможно не влюбиться. Последнее имя на руке горит огнем, словно напоминая о том, что не один он ведется на красоту Тозиера.

Ричи вылезает из окна почти на половину, повиснув на оконной раме, и смотрит куда-то вдаль. Эдди дергается, смотря на это - ему хочется подбежать и затянуть пьяного друга обратно, ругаясь на него, но он этого почему-то не делает. Боится. Кровать под ним скрепит, когда он беспокойно приподнимается на локте, неотрывно смотря на Ричи. Его не волнуют ни следы от пальцев на стекле, которые будут некрасиво видны днем, ни то, что сам уже замерз даже под одеялом.

Наконец, Тозиер возвращается в комнату, закрывает окно и поворачивается к Эдди. Тот снова опускается, стыдливо пряча руки под одеяло, словно школьник, которого мама запалила за дрочкой, и старается смотреть куда угодно, только не в глаза Ричи. Звук его голоса, необычно твердого и обиженного, заставляет Эдди покраснеть от стыда.  Он все же не глупый и понимает, насколько плохо сейчас Ричи от этого отказа. Ему и самому тошно, но он продолжает молчать.

Эдди хочется сбежать еще сильнее, он даже садится на кровать и уже готовится скомканно объясниться перед Тозиером и уйти прочь, но Ричи успевает первым. Он подходит близко-близко и усаживается прямо на пол рядом с кроватью Каспбрака, тем самым отрезая тому все пути к отступлению. Эдди сидит, не в силах вздохнуть нормально, и пялится на темную макушку, которая так близко, что руку протяни - коснешься пальцами кудрявых волос.

Эдди все еще молчит, словно язык проглотив, и скребет ногтями по середине ладони, словно пытаясь добраться до тонких костей. Слова Ричи ранят, Каспбрак мечется внутри, тянется к другу (больше, чем другу) всей своей душой, всеми своими изуродованными чужими именами предплечьями, всем своим существом. От невозможности коснуться и утешить кружит голову, а перед глазами все расплывается.

Хуже чистых запястий может быть влюбленность, которая длится больше пяти лет. Хуже чистых запястий может быть жизнь, когда ты боишься признаться. Хуже чистых запястий может быть засос на бледной коже того, кто должен быть твоим. Эдди бы выкрикнул это все прямо в лицо, выплеснул все то, что топит его, но горло пережимает, и он только тихо хрипит:

- Ричи, не надо.

Не надо, Ричи. Не заставляй меня страдать еще больше. Не надо, Ричи. Не мучай себя поисками "той единственной", потому что ее нет. Потому что твой соулмейт нашел тебя еще лет шесть назад, а ты этого так и не заметил.

Пальцы покалывает от желания коснуться, провести по кудрявой голове ладонью, успокаивая. Он так делал в детстве, еще до появления первого имени; Ричи сразу замолкал и незаметно расслаблялся под рукой вечно маленького и хилого друга. Потом касаться стало невыносимо, и Эдди перестал. Кажется, Тозиер этого даже не заметил.

- Нет у меня никого, - все же несколько слов слетает с губ Каспбрака. Он усаживается поудобнее и укутывается в одеяло, потому что холодно. Внутри словно водоворот, нет, черная дыра, которая готова поглотить всего Эдди. Кажется, что Ричи специально постоянно говорит о том, что у Каспбрака есть соулмейт. Все это слишком похоже на насмешку, если учесть, что Эдди всегда рядом с ним, всегда на виду. Ричи наверняка уже и не думает о том, что после гулянки придет в пустую квартиру, потому что сосед тоже ушел развлекаться и кутить где-нибудь. Наверняка он уже и не пытается задуматься о том, что за столько лет ни разу не видел Эдди ни с кем другим. Каспбрак, маменькин сынок, всегда рядом, всегда поможет и соберет руками разбитое сердце Ричарда, изрезав пальцы до костей осколками, и будет улыбаться, обещая, что все наладится.

Глухая и какая-то безнадежная злость поднимается изнутри. Собственный секрет вмиг становится неподъемной ношей; Эдди кажется, что еще один вдох, и его позвоночник сломается, не выдержав груза. Хочется избавиться хотя бы от капли всего этого, открыться хотя бы немного, и будь что будет. Впервые в жизни следящему за своими эмоциями и словами Эдди плевать на то, как это будет звучать. Ему хочется хоть немного ослабить удавку на шее, собственноручно наброшенную несколько лет назад, и вздохнуть чуть глубже. И он делает это.

- У меня женские имена на руках, - тихо шепчет Эдди в темноту, замирая. Он знает, что Ричи сразу же все поймет, осознает, что все это время делил комнату с геем, что хвастался перед ним своими победами на любовном фронте, что пихал ему в руки свои журналы с полуобнаженными женщинами и громко советовал ему дрочить почаще, а то лицо так и останется таким же кислым и недовольным. Эдди уже морально готов выслушать кучу оскорблений, но время идет, а Ричи молчит.

- Рич? - Эдди осторожно двигается на кровати и прикасается к плечу друга кончиками пальцев, но потом понимает, что тот просто заснул. Одновременно разочарованный и радостный вздох срывается с губ Каспбрака, и он спускает ноги на пол и встает. Оставлять Тозиера спать на холодном полу нельзя, так что Эдди предстоит перетащить его на кровать, чем он и занимается следующие десять минут.

После Ричи уже посапывает в свою подушку, заботливо укрытый одеялом, а Эдди до самого утра пялится в потолок, гадая, услышал ли Тозиер его последние слова.
[icon]https://78.media.tumblr.com/3e01f9307b74099fa15fbf95bec7f3bb/tumblr_ofwtbiBtoS1qeey9xo1_250.gif[/icon]

Отредактировано Edward Kaspbrak (2017-11-28 19:09:16)

+4

8

[icon]https://cdn3.savepice.ru/uploads/2017/11/13/60d64a65842a0fd1dca9eb87f857b30a-full.png[/icon][sign]http://sg.uploads.ru/t/ihWoN.gif[/sign]

без тебя вниз на дно, плюс постоянно с кислой мордой /
и моя жизнь асфиксия — будь ты моим кислородом.

Приятелю не пришлось долго убежать Тозиера в необходимости отправляться на вечеринку. Ричи и сам хотел присосаться к бочонку с пивом, а позже, дай бог, и к какой-нибудь молоденькой студенточке. Плюс ко всему, дома ему все равно делать было нечего. Вот уже неделю Эдди старательно избегает своего старого друга, даже не объяснив причину такого поведения. Тозиер и сам был бы рад сделать выводы, да вот только он совершенно не помнил чем же закончился последний разговор с Каспбраком. Он нажрался, как свинья, вел разочарованные монологи о соулмейтах и приставал к Эдди с просьбами показать руки, но... На этом все. Ричи не помнил финала. Или убеждал себя в том, что не помнит. Просто на следующее утро он проснулся в своей кровати, хотя и не помнил, как туда добрался. Просто со следующего утра Эдди свел любой контакт с Ричи к минимуму, а от всех вопросов мастерски уходил. Тозиер злился на Эдди. Невозможно сильно. Казалось, что эта злость просто переполняет его, выплескивается через край. И если в начале этой адской недели он пытался как-то выйти на контакт с парнем, то сейчас просто закрыл глаза на подобное. В конце концов, гордыня (именно так, не гордость) взяла над ним верх. И Ричи ушел в загул.

Когда он подошел к кампусу, то вечеринка была в самом разгаре. Еще на подъезде к улице, на которой расположился кампус, была слышна «Youn and Unafraid» и смех подвыпившей молодежи. Тозиер только тогда немного расслабился, решив, что вечер-то уж точно не может стать плохим. Один из малознакомых парней протянул ему бутылку пива и потащил в комнату, где играли в литрбол. Ричи, который, пожалуй, любил эту игру, на данный момент был не в настроении участвовать в подобном, а потому, затарившись алкоголем, поплелся в сторону бассейна. Отчего-то здесь музыка казалась еще громче, а потому эти сторонние звуки имели шанс заглушить не самые радужные мысли Тозиера.

Открыв бутылку пива и сделав несколько глотков из горла, парень огляделся по сторонам — на вечеринках редкий раз появлялись посторонние, не имеющие никакого отношения к привычной тусовке, но сейчас он заметил одну незнакомку в обществе той самой Веронике, с которой приятно провел время на прошлой неделе. Связываться с ней самой ему не хотелось совершенно, но та, вторая, казалась весьма привлекательной. И Ричи даже не подумал о пресловутых родственных душах. Вероника очень кстати его заметила, обрадованно улыбнулась и махнула рукой, приглашая подойти. Сделав еще глоток теплого пива, Балабол поморщился и двинулся к девушкам.

Привет, Ричи, — слишком уж жизнерадостный тон Вероники и ее звонкий голос ударили Тозиеру по мозгам, но он только кивнул ей в ответ, обнимая за плечи в приветственном жесте и не думая отпускать далее. Краем глаза он заметил, как ее глаза самодовольно блеснули и подумал о том, что без секса он сегодня точно не останется, даже если вторая окажется менее сговорчивой. Он утешение себе найдет, — Познакомишься с моей подругой?

Та явно замешкалась, стушевалась, почувствовал себя лишней и принялась отнекиваться. В эти смущенных фразах помимо раздражения Ричи не нашел ровно ничего для себя, а потому снова поморщился, не сдержав эмоций. Он натянуто улыбнулся и продублировал объятие со своей новой знакомой, став в один миг счастливым (правда, что ли?) обладателем двух красивых девушек. Ненавязчивая беседа с двумя идиотками постепенно начала приобретать краски и Ричи расслабился — его настроение не было убито в хлам. Но не прошло и четверти часа, как в дверях дома появилась знакомая голова. Естественно, к голове прилагалось еще и тело, но именно голову Ричи заметил в первую очередь. И выругался. Громко, грубо и неожиданно для своих телок.

Что ты тут забыл, Эдс?

Ричи двинулся вперед, в сторону дивана и телевизора. Эдди никогда не ходил по вечеринкам и само его присутствие здесь изумляло Тозиера. Он даже не обратил внимания на возмущение в голосе оставленной Вероники и не почувствовала сожаления о потенциальной упущенной групповушке. Зато в голове возникла мысль, которую он старательно отталкивал от себя, но которая по прежнему настойчиво стучалась в разум. «У меня женские имена на руках». Женские имена, женские имена. Женские имена... Что? Что, черт возьми, это значит, и откуда эта фраза в голове Ричи? Догадки сменялись одна другой, но все были отвергнуты твердостью Тозиера. Это напоминало бред. Такая чушь просто не могла стать камнем преткновения в их с Эдди дружбе. Но сейчас, когда он снова выпил, набрался смелости и решительности, он непременно узнает, что произошло!

Обходя пьяную молодежь и пытаясь сохранить равновесие на мокрой скользкой плитке у бассейна, Ричи балансирует и движется в ту сторону, куда удалился Эдди. Из поля зрения Тозиер потерял его почти сразу же и теперь почти готов был признать за пьяный мираж, но... Но вот же он. Знакомый затылок. Ричи шагает вперед, преисполненный решительности и желания разобраться в том кошмаре, который они развели. Он не может признать это вслух, но он скучает. Он безумно скучает по своему другу и боится его потерять. Что случилось? Почему Эдди отстранился? Нашел ли он своего соулмейта и если да, то как это влияет на них? Может быть, Ричи сделал что-то, что обидело Каспбрака, но о чем сам Тозиер теперь не помнит? И была ли произнесена фраза о женских именах, или же пьяный сон сделал свое дело? Ричи почти готов пообещать себе больше не напиваться, но пальцы сдавливают бутылочное стекло, притягивая горлышко к губам.

Эдди! — он громогласно окликает друга и отставляет бутылку в сторону, на первый попавшийся столик, заваленный картонными коробками из под пиццы и пластиковыми тарами из под банок с пивом. Из кармана он выуживает сигареты и закуривает, наплевав на то, что Каспбрак терпеть не может, когда Тозиер начинает дымить. Более того, сам Ричи практически уверен, что делает это назло, — Сколько можно от меня бегать, а?

Однако, Балабол не приближается к другу. Стоит в нескольких метрах, вскинув подбородок, и пускает кольца дыма.

Отредактировано Richard Tozier (2017-12-01 00:32:48)

+3

9

Эта неделя для Эдди становится, наверное, самой тяжелой в его жизни. Даже сдача вступительных экзаменов перед колледжем не идет ни в какое сравнение с этой тратой нервов. Каспбрак так и не смог спросить у Ричи, что он слышал того, в ту ночь. Струсил, испугался, предпочел сбежать, поджав хвост. Наверное (точно), это было ужасно несправедливо по отношению к Тозиеру, но Эдди просто ничего не мог с собой поделать. Только в голове появлялась мысль о том, что Ричи все знает, как Эдварда начинало трясти, да так, что никакие успокоительные не помогали.

Эдди чувствовал вину. Пусть он сам не до конца осознавал почему, от своих действий или от того, что он оказался соулом Ричи, но именно это чувство гнало Каспбрака прочь из их маленькой и такой уютной когда-то квартирки недалеко от университета. За эту неделю Эдди ночевал дома всего один раз и то ворочался всю ночь, вслушиваясь в мерное дыхание с соседней кровати. На следующее утро он быстро собрался и позорно сбежал к своему другу, оставив Ричи только небольшую сухую записку, прикрепленную веселеньким магнитиком жирафом к холодильнику.

На лекциях Эдди не мог сосредоточится нормально, хотя и пытался. Тот самый тест, к которому пытался подготовиться в ту злополучную ночь, он завалил и даже не сожалел об этом. Сил просто не было. Все мысли были только о  Ричи и разочаровании в его глазах, которое обязательно будет, Эдди был в этом уверен. Каспбрак даже поспрашивал, можно ли будет заехать в общагу среди учебного года.

Его друг, Макс, великодушно приютил потерянного Эдди у себя в квартире-студии, за что Каспбрак был ему премного благодарен, даже пытался заплатить, но Макс так на него посмотрел, что стало стыдно, и денег не взял. Наверное, Эдди не заслужил таких друзей.

Без Ричи было тяжело. Эдди слишком привык к нему, привык слышать его болтовню и даже ужасные шутки. Он бездумно делал две чашки чая, когда был на кухне, а потом вздрагивал и хотел разрыдаться, глядя на пар, поднимающийся от одной из кружек. Макс видел, что происходит с Эдди и пытался выяснить, что именно случилось, но ничего толкового так и не узнал. Каспбрак всячески избегал этой щекотливой темы, но когда Макс все же спросил прямо, замялся и ответил, что они с Ричи поссорились из-за него. На этом их разговор закончился.

Эдди понимал, что Макс догадывается, что не все так просто. Тозиер с Каспбраком и до этого ругались, но каждый раз мирились почти на следующий день, поостыв. Но сейчас все шло наперекосяк. Успокаивать Макса и разговаривать с ним об этом сил у Эдди не было, поэтому он замыкался в себе и забивался в какой-нибудь угол.

В начале недели Ричи все еще пытался поговорить с Эдди, даже разок словил его в университете в коридоре, хотя его пары были в другом корпусе. Эдвард тогда опустил взгляд вниз, уставившись на свои заляпанные носы ботинок, словно провинившийся щенок, и сильнее натянул рукава рубашки. От неловкого разговора его спас все тот же Макс, подошедший ближе и придумавший какой-то нелепый повод, чтобы увести Эдди в аудиторию. Больше Ричи не пытался с ним поговорить, лишь зло смотрел издалека. Эдди чувствовал этот взгляд и понимал, что он заслужил все это.

В четверг Макс, завалившись в квартиру с покрасневшим от легкого мороза носом, объявил, что они завтра идут на какую-то там студенческую вечеринку и отказы не принимаются. Эдди попытался возразить, но друг только покачал головой и сказал, что ему стоит развеяться. Каспбрак лучше бы провел еще один вечер в одиночестве, завернувшись в плед, смотря на серый пейзаж за окном и хандря, но Макс может быть очень настойчивым, когда хочет. Поэтому ровно через сутки Эдди стоит у выхода, оборачивая длинный красный шарф вокруг шеи. Пальцы вцепляются в мягкую ткань сильнее, потому что это подарок Ричи на прошлое Рождество, и от этого что-то внутри обрывается. Эдди сдергивает шарф с шеи и кидает на полку в шкафу, игнорируя удивленный взгляд Макса.

- Пойдем, - почти шепчет Эдди, уверенно смотря вперед, и выходит из квартиры.

***

Вечеринка только начинается, когда они заходят внутрь. Макса тут все знают, несколько человек сразу подходят поздороваться. Недолго думая, Макс знакомит всех с Эдди, которого некоторые студенты смутно помнят по выступлениям на семинарах. Честно сказать, Каспбрак даже немного удивлен этому факту. Настроение потихоньку поднимается, когда он оказывается в веселой компании и помогает расставить алкоголь и закуски по своим местам.

Где-то через час в помещении уже негде свободно вздохнуть. Эдди улыбается, хватает со стола очередную банку пива, делает глоток и чуть морщится. Алкоголь он не очень жалует, но сейчас и правда хочется отвлечься. Макс ушел на кухню, пообещав сделать кривящемуся от горечи пива Эдди самый сладкий на свете коктейль, и парень остался один. Тревога потихоньку отошла на задний план, перед глазами все так приятно расплывается, что Эдди просто хочется наслаждаться этим вечером. Теперь понятно, что же такое тянуло Ричи почти каждую неделю на такие вечеринки.

В гостиной, откуда они собственноручно в самом начале вытащили диван и стол, чтобы освободить больше места, играет музыка, и Эдди поворачивает голову в ту сторону, словно пес, навостривший уши. Макс скорее всего обойдет эту забитую людьми комнату стороной, благо с кухни есть выход во двор к бассейну. Сейчас слишком холодно, чтобы плавать, так что народу там сравнительно мало. Эдди длинно выдыхает, мотает головой, пытаясь очистить голову хотя бы немного, и медленно идет в сторону выхода на улицу. По пути кто-то с ним здоровается, задевает плечом и касается бедра, но Каспбрак списывает все на тесноту коридора, заполненного людьми.

Наконец, он практически вываливается на улицу. Втянув холодный воздух, Эдди прикрывает глаза, чувствуя, как становится немного легче. Он все еще не видит четко, но в голове хоть немного проясняется. Каспбрак трет рукой глаза, дергает плечом и поправляет по привычке задравшийся рукав, скрывая от посторонних глаз последнее имя. Кажется, он уже видел на этой вечеринке эту самую Веронику, но кроме опустошения ничего не ощутил, ни ревности, ни злости.

Позади Эдди окрикивает знакомый голос, и он разворачивается, снова уходя в дом, ведомый желанием попробовать, что же такое для  него намешал Макс. Друг всовывает ему в руку нелепую кружку с единорогами и смеется, говоря, что другой он не нашел. Эдди отвечает, что он в восторге, но рассмеяться не успевает, нелепо замирая от прозвучавшего голоса.

Ричи был тут. Впрочем, Эдди должен был догадаться, что тот никогда не пропускает вечеринки и черта с два он бы не пришел на эту, но почему -то он не подумал об этом. В горле мгновенно пересыхает, и Эдвард хрипит удивленно, все еще не поворачиваясь. Макс хватает его за локоть, словно Эдди собрался в любой момент хлопнуться в обморок, и как-то зло смотрит на Ричи в конце коридора. Люди расходятся в сторону, с интересом поглядывая то в одну сторону, то в другую.

- Ричи, - тихо выдыхает Эдди и сам себя не слышит из-за музыки. Кружка в его руке дрожит, и Макс замечает это, переводя взгляд на друга.

- Я могу его прогнать, Эдди, если хочешь, - говорит он на ухо побледневшему Каспбраку, но тот мотает головой отрицательно. Это только его проблемы. Это его соулмейт, с которым ему ничего не светит. Мягко отстраняясь от Макса, Эдди разворачивается и судорожно вдыхает, натыкаясь на острый пьяный взгляд Ричи, вглядываясь в него до боли. От алкоголя подкашиваются ноги (или это от Ричи?), но он делает несколько шагов вперед. В глазах Тозиера нет отвращения или чего-то такого, только злость и непонимание.

- Я не бегаю от тебя! - перекрикивает музыку Эдди, понимая, что сейчас жестко врет даже самому себе, - Я просто... Боюсь.

Последнее слово Каспбрак почти шепчет, а потом прикладывается к кружке с подмигивающим единорогом. Коктейль, намешанный Максом, и правда очень-очень сладкий, и Эдди даже причмокивает, не отдавая себе отчета, когда убирает кружку от губ. Он не знает, что именно из алкоголя туда добавили, но надеется, что скоро отрубится, не успев натворить дел и рассказать Ричи что-нибудь, о чем будет жалеть.
[icon]https://78.media.tumblr.com/3e01f9307b74099fa15fbf95bec7f3bb/tumblr_ofwtbiBtoS1qeey9xo1_250.gif[/icon]

+4

10

[icon]https://cdn3.savepice.ru/uploads/2017/11/13/60d64a65842a0fd1dca9eb87f857b30a-full.png[/icon][sign]http://sg.uploads.ru/t/ihWoN.gif[/sign]

Макса Ричи осматривает придирчиво, совершенно не скрывая своего взгляда. В глазах сквозит пренебрежение, смешанное с любопытством. Они толком никогда не пересекались, а о разговорах и вовсе не шло речи. Просто Ричи замечал его в обществе Эдди и в такие моменты на душе скребли кошки. Он не был ревнивым, как убеждал сам себя. Он бы никогда не признался, что ему тошно от одной только мысли, что у Эдди может быть еще друг. Столь же близкий, как и Тозиер. В последние дни Каспбрак не ночевал в их берлоге, а отсюда следовал один вывод — пропадал парень все с тем же многострадальным Максом. И ладони Ричи непроизвольно сжимались в кулаки, а ногти впивались в кожу. Тозиер рассматривал парня с неприязнью, исподлобья, сбросив со лба густые темные пряди длинных волос. Макс что-то сказал Эдсу, а тот ответил. Судя по ответному взгляду, который этот третий лишний бросил в сторону Ричи, фраза его казалась непосредственно брюнета. И этот факт только еще сильнее злил. Какого черта тот вообще решил вмешиваться в отношения между ними двумя? Они, блин, лучшие друзья столько, сколько Ричи себя помнит. И никто не имеет права давать неуместные советы, вмешиваться и поучать. Почему-то злость, которую парень и без того таил на Макса, теперь возросла в геометрической прогрессии.

Ричи бросает окурок — практически целую сигарету! — себе под ноги, игнорируя мусорные баки, и вдавливает его в гравий подошвой кроссовка. Затем сплевывает, все так же на землю, и делает несколько шагов навстречу Эдди. Он не обращает внимания на орущую вокруг музыку, а так же полностью игнорирует людей, некоторые из которых делаю небрежные мазки взглядами по странной парочке, вставшей посреди прохода. Ричи плевать настолько, что страшно. Он боится, что его разум слишком затуманен и сейчас, когда ему океаны по колено, он сможет натворить того, о чем потом пожалеет. Ему бы не хотелось словом или действием задеть Эдди, но свою собственную защитную реакцию он знал, как никто другой. Да и Каспбрак должен быть о ней наслышан. Тозиер всегда нападает. Он бездумно орудуют колкими словами, заставляя человека почувствовать себя грязью из под ногтей. И все это лишь для того чтобы защитить себя. Как только Ричи чувствует, что что-то идет не так, он инстинктивно начинает защищаться. Даже если в этом нет необходимости. Особенно если он находится в изрядно подвыпившем состоянии.

Однако, фразы Эдди его поражают. Можно сказать, что Ричи просто выбит из колеи одним ударом. Словно кто-то ударил его под колени и теперь он не может стоять. Не может вообще ничего, просто падает на землю, уносится к чертовой матери. И понять не может, как же так произошло. Что он упустил и почему его лучший друг, с которыми они прошли столько всякого дерьма плечом к плечу, с которым вместе росли и узнавали много нового о самой бешеной в мире игре под названием «жизнь», теперь его боится. Эдди только что дал своему другу звонкую пощечину и даже не заметил этого. А Ричи ошарашенно смотрит на него, словно отрезвев моментально, и думает.

А о чем тут вообще можно думать?

Ричи делает еще один шаг и бессильно разводит руками. Он без слов открывает и закрывает рот, а потом просто отводит взгляд в сторону. Он не хочет смотреть на Эдди и поэтому упивается толпой. Теперь на музыку он делает больший акцент, словно она способна заглушить его разбушевавшееся сознание. Тозиер понимает, что вот оно. Вот он — конец. Когда друг избегает тебя, потому что боится. Когда не может сказать и поделиться тем, что же именно его беспокоит столь сильно. Ричи Тозиер чувствует за собой вину и призрачное ощущение этой самой вины неприятно холодит его изнутри. Он буквально опустошен из-за собственного страха. Он чувствует одиночество, как никогда ранее. И ему плевать на все остальное.

Что... Почему? — язык, наконец, начинает слушать своего владельца, а вот мозг не столь податлив. С губ Ричи срываются бессвязные слова, дающие понять насколько хреново дело. Тозиер снова смотрит на Эдди. Сначала взгляд напоминает грустного побитого щеночка. Он смотрит исподлобья, пряча глаза. И только затем резко вскидывает подбородок вверх и... улыбается. Ричи Тозиер улыбается, словно услышал какую-то забавную хрень, которая его развеселила. В этой улыбке есть что-то, что бы не понравилось и ему самому, смотри он на себя со стороны. Но сейчас парень чувствует себя загнанным и защитная реакция практически приходит в действие, — С каких пор ты меня боишься, Каспбрак?

Вот так вот. Каспбрак. Не Эдди, не Эдс, не мамкин астматик. Даже не детка, которая раньше столь легко срывалась с длинного языка Ричи. Он слегка щурится, словно видит своего друга впервые и пытается как следует его рассмотреть. А тем временем его подсознание, слепо полагая, что Эдди просто бросил своего старого друга, роет между ними большую яму. Пропасть эту Тозиер в упор не замечает и не пытается сгладить острые края, которые сам же и создает. Возможно, где-то в глубине души он и понимает, что ему стоит взять себя в руки, увести Эдди прочь и спокойно поговорить. Но он не делает ничего из этого. Просто поджимает губы и качает головой, словно разочарованный в своем сыне отец.

С каких пор ты меня боишься, а? — повторяет он, делая еще один шаг. Расстояние между ними сокращается, но на деле они все дальше. Ричи слишком много выпил. Он слишком много переживал за минувшие дни, когда Эдс его игнорировал и тем самым сеял в его сознании семена сомнения. И теперь Ричи не может контролировать себя. Страх потери вырывается на свободу и деформируется, обращаясь явно не в желание остаться рядом и найти что-то. Тозиер настроен решительно.

Еще один шаг. Ричи достает пачку сигарет и закуривает. Глубокая затяжка и он выпускает изо рта кольцо дыма. Еще один шаг. Он склоняет голову, приближаясь к Эдди. А затем выпускает новую порцию дыма практически в лицо тому.

— Что, блять, я тебе сделал?

Отредактировано Richard Tozier (2017-12-10 18:47:21)

+2

11

Эдди видит, как замирает Ричи после его слов, и только тогда до его пьяного сознания доходит, что именно он сейчас сказал. Каспбрак резко бледнеет, да так, что Макс, все еще стоящий рядом, удивленно и обеспокоенно оглядывает его и спрашивает, все ли хорошо. Нет, хочется крикнуть Эдварду прямо на весь дом, заглушая музыку и чужие голоса, ни черта не хорошо! Какое тут вообще хорошо?

Он хочет подойти к Ричи, отвести его куда-нибудь подальше от этого места и обсудить все спокойно. Только вот для этого, наверное, стоит протрезветь и немного успокоиться, но... Эдди смотрит на Ричи напротив, на такого потерянного и пьяного Ричи, и понимает, что именно сейчас будет происходить. Осознание прокатывается по всему телу холодной волной, и Эдди даже делает небольшой шаг назад, но останавливает себя, маскируя эту подсознательную попытку сбежать под последствия алкоголя. Макс замечает это, и осторожно подхватывает Каспбрака под руку, но почти сразу же неохотно отпускает, заметив то, как Эдди качает головой.

Люди вокруг потихоньку теряют интерес к двум странным парням, переключаются на алкоголь в своих стаканах и бутылках, на веселые разговоры ни о чем, на смех. Что ж, это к лучшему. Эдди кажется, что он обжигается об взгляд Ричи, но тот вовремя отводит его, не давая Каспбраку сгореть полностью. А он бы хотел. Что угодно, лишь бы не говорить те слова про страх. Ведь он не боится Тозиера, он боится его реакции, боится, что тот его сразу же оттолкнет, скажет, что их дружбы, хранимой так долго, больше нет. Эдди не уверен, что сможет это выдержать.

Кружка в руке дрожит, и Эдди шумно сглатывает. Макс рядом что-то говорит, тянет его куда-то, но Каспбрак мотает головой и выдергивает руку из его хватки.

- Пожалуйста... - одними губами произносит он, умоляюще смотря на университетского друга, и тот хмурится. Он не знает главный секрет Эдди, не понимает, как это тяжело жить с тем, имена чьих любовниц на твоих руках. Но сейчас он словно что-то чувствует и отступает, недовольно поджимая губы. Эдди удается вздохнуть чуть более свободно, но потом он снова переводит взгляд на Ричи и задыхается.

У него в глазах - бездна. Бездна, готовая в любой момент разорвать Каспбрака на части, на субатомные частицы и развеять. Только вот из него не получится создать новую звезду или планету через много миллионов лет. Потому что он сразу просто превратится в ничто.

В горле пересыхает, и Эдди пытается сглотнуть, но лишь морщится от неприятных ощущений. Он весь вздрагивает, когда Тозиер делает шаг навстречу, разводит руки, словно Иисус-Искупитель над Рио-де-Жанейро, и смотрит. Ноги подкашиваются от этого взгляда, но Эдди лишь смотрит в ответ, не смея оторваться. Кажется, что стоит моргнуть, и Ричи тут уже не будет.

Улыбка, острая, неприятная, опасная, режет. Эдди порывисто выдыхает, до побелевших костяшек сжимает веселенькую кружку пальцами. Его начинает знобить от волнения, словно он перед решающим экзаменом с самым жутким профессором всего университета. Ричи повторяет свои слова с нажимом и подходит еще ближе. Каспбраку хочется или убежать, или наплевать на все и рассказать. Алкоголь в крови подталкивает ко второму, но Эдди сдерживается изо всех сил и просто смотрит на Ричи так, словно видит в последний раз в жизни.

"Скорее всего так и есть," - эта мысль выбивает из колеи, и сердце болезненно сжимается в груди. Люди вокруг веселятся, не смотря на них толком; Эдди чувствует кожей пристальный взгляд наблюдающего теперь из толпы Макса, и это почему-то раздражает больше, чем успокаивает. Обычно он был под защитой Ричи, но не Макса. Только вот сейчас Тозиер по другую сторону.

Эдди видит, как Ричи пошатывает, какие нервные у него движения, но ничего не делает. Его словно парализовало, и он стоит, ожидая, пока друг подойдет ближе. Краем глаза он замечает зашедших в дом Веронику и ее подружку, с интересом смотрящих на Ричи. Руку начинает жечь, и Каспбрак еще останавливает себя, чтобы не дотронуться до проклятых имен.

Сигаретный дым режет глаза. Эдди закашливается, трясется, словно в приступе астмы; кружка в его руке опасно наклоняется и несколько капель коктейля расплескивается по полу, но Каспбраку абсолютно плевать. Злость в голосе Ричи яркая, неприкрытая, и Эдди плохо от этого. Он словно перенимает ее, заражается, отравляет себя полностью.

- Что ты мне сделал? - переспрашивает Эдди, отдышавшись и поднимая слезящиеся глаза на Тозиера. Они с ним стоят так близко, что, протяни руку и коснешься скулы лучшего друга. Лучшего друга, не забывай Каспбрак. Эдвард сжимает ладони в кулаки и кривит губы.

Неимоверно хочется рассказать все, швырнуть свою тщательно лелеемую тайну Тозиеру в лицо, увидеть в глазах напротив растерянность, сменяемую отвращением, извращенно насладиться этим, а потом уползти к Максу зализывать раны. Но в то же время Эдди понимает, что Ричи не виноват. Не Ричи сбежал после того пьяного разговора, не он игнорировал своего соседа... Не он влюбился в лучшего друга детства.

Эдди молчит, кусая губы, а потом неожиданно выпаливает:

- Ты ничего не помнишь с того вечера?

Каспбрак не выдерживает и хватается пальцами за собственное запястье с именем Вероники, невольно привлекая внимание Ричи.
[icon]https://78.media.tumblr.com/3e01f9307b74099fa15fbf95bec7f3bb/tumblr_ofwtbiBtoS1qeey9xo1_250.gif[/icon]

+3

12

[icon]https://cdn3.savepice.ru/uploads/2017/11/13/60d64a65842a0fd1dca9eb87f857b30a-full.png[/icon][sign]http://sg.uploads.ru/t/ihWoN.gif[/sign]

Ричи спиной почувствовал на себе цепкие взгляды. Он прекрасно понимал, что их драма, разыгравшаяся у бассейна, привлечет к себе внимание. Он не видел лиц тех, кто заинтересованно впитывает возгласы двух друзей, но прекрасно понимал, что в числе тех, кто остался за спиной, слишком много людей, с которыми он проводил время. В обществе пинты пива, громкой музыки, косячков (да, такое тоже бывает на студенческих вечеринках), одноразового секса и... этих людей. Они называли его другом, он их — знакомыми. С большой натяжкой. Сейчас Тозиеру в голову пришла мысль, что у него всегда был только один друг. И те, с кем он сейчас пришел сюда, ждут только того, что конфликт разрастется. Они и не подумают уберечь его от глупостей. Им плевать. Они же не Эдди. Впрочем, последнему тоже надоели вечные проблемы Тозиера — иначе почему он теперь проводит все свое время с этим придурком, чье имя Ричи опять забыл? Тозиер поджал губы. Плотно сжал их в тонкую ниточку, отчаянно борясь с собственной злостью. На себя, на окружающих. На Эдди. На людей, которые, как ему казалось, наблюдают за сценой.

Если бы он обернулся, что увидел бы, что никому нет до него дела. Просто в голове что-то щелкнуло и Тозиер стал уверен в том, что вокруг лишь пустые люди. Равнодушные, безэмоциональные амебы, с которыми он спутался. И сам того и гляди провалится, станет таким же. Если уже не провалился. Он умудрился потерять единственного, кому было не плевать. Ведь умудрился же, а, Эдс? Ричи уже глубоко вздыхает, готовясь выплюнуть очередную тираду, переполненную ядом и стеклом, но Эдди снова открывает рот. Тозиер практически падает духом в тот момент. О чем он должен был помнить? Что произошло тогда? Рука непроизвольно тянется к лицу и пальцами парень касается виска.

Я что-то наговорил тебе? — первое предположение сопровождается одним быстрым шагом навстречу. Вопрос резкий, суетливый, словно Тозиер скорее пытается избавиться от слов, вертящихся на языке. Он взмахивает руками, уже куда сильнее сжимая виски обеими руками, а затем отрицательно трясет головой, словно пытается отогнать ситуацию и мысли, этих назойливых мух. Ричи буквально с мольбой заглядывает в глаза Эдди. Он чувствует, как испуг подступает. Что могло произойти той ночью? — Ты же знаешь меня, Эдс. Что бы я не говорил в таком состоянии... Я же когда бухой, вообще ничего не соображаю. У меня язык живет отдельной жизнью. Ты же знаешь меня. Я никогда не хотел тебя задеть и... Или испугать. Тем более испугать, Эдс.

Слова о том, что Каспбрак боится, все еще эхом звенят в голове Тозиера и он не может перестать гадать о том, что же произошло.

Он прокручивает воспоминания о той ночи. Он был расстроен из-за неудачи со своим соулмейтом. Он едва стоял на ногах, но все равно потягивал пиво. Он... Он доставал Эдди с вопросами о тех именах, что написаны на руках Каспбрака. Ричи вспомнил, что был задет отказом и... Воспоминания путались. Он не мог собрать их воедино. Кусочки пазла расползались по столу, не давая ему подыскать место для того, чтобы собрать их в полную картинку.

— Я ничего не помню. Почему ты не хочешь просто поговорить со мной об этом? К чему этот детский сад и попытки меня избегать?

Зато фантазия работала хорошо и активно помогала своему владельцу. И одно предположение заставляло Ричи вздрогнуть от ненависти к самому себе, а другое просто вгоняло в ступор. Он непонимающе смотрел на Каспбрака. Молчание друга напрягало сильнее, чем собственные логические цепочки, которые он любовно выстраивал. Ричи сделал еще шаг вперед, легко покачнувшись от выпитого алкоголя и скользкого покрытия на полу возле бассейна.

Он сам не знал, что хочет сделать. Однако, Эдди пришел к нему на помощь. Одни жестом привлекая внимание Ричи к своей руке, он окончательно разрушил стену самоконтроля последнего. Тозиер в два широких шага преодолел остаток расстояние между ними и схватил Каспбрака за запястье. Возможно, слишком сильно и грубо, но тогда он не особо задумывался о том, что творит.

Проблемы была в именах. Ричи не знал, что именно произошло. Не помнил и не хотел помнить, боясь, что правда выбьет его из колеи. Но он знал, что если увидит все своими глазами, то... Что именно произойдет он не мог и предположить, однако свое желание решил немедленно удовлетворить, когда рывком задрал рукав Эдди практически до предплечья и столь же грубо развернул к себе, ладонью вверх.

Он ожидал увидеть чистую кожу, как у себя. Может быть, в душе даже надеялся на это. Но имена замелькали в его глазах, своими четкими темными линиями впиваясь в его сознание. Ричи сперва подумал, что Каспбрак вляпался. Ты влюбился в лесбиянку, детка? Но имена были знакомыми.

Вероника. Шерил. Кэтрин. Хелен.
Эмма. Алиша. Бет. Мэгги. Рози.
...

Ему были знакомы эти имена.
О, он их даже знал. Более чем. Весьма близкое знакомство связывало с каждой. Не всех Тозиер помнил, но большая часть имена ожила в воспоминаниях. Образы вырисовывались сами собой. Пальцы Ричи разжались, выпуская запястье Эдди. Его безвольный взгляд поднялся вверх, изучая лицо друга. Д р у г а. Что произошло с ними? Когда это все началось? Правильные ли выводы сделал Тозиер или это обман сознания. Вдруг парочка знакомых имен запутали его так сильно?

Тозиер не задумывался о геях. Ему было плевать кто с кем сосется и запирается в комнатах. Но он никогда не представлял себя в постели с парнем. В отношениях, переходящих рамки дружбы. Он был убежденным натуралом. Даже переживая проблему с соулмейтом он ссылался на собственную бракованность, но... Но не такую.

Ричи находился словно в тумане. Он даже не успел отреагировать на собственные мысли, не успел прокомментировать ситуацию и то, что только что родилось в его голове. Он даже не смог понять, как именно относится к такому открытию и не смог выдавить из себя какой-то вопрос, как на горизонте всплыл навязчивый Макс. В последнее время бесить Тозиера этот ушлепок стал неимоверно сильно. Влезший в душу Каспбрака, воспользовавшись отсутствием Тозиера, теперь он играл роль настоящего преданного Друга.

Повиляй хвостиком, псина.

Он приблизился к ним двоим слишком быстро и толкнул Ричи в плечо, требуя, чтобы тот удалился. Ричи же уходить не собирался. И вообще Макс ему жутко надоел. Он нехотя перевел взгляд от лица Эдди на эту выскочку. Злость, которую он испытывал до этого, растерянность и желание исчезнуть моментально трансформировались в нечто новое и грубое. Ричи и сам не понял, когда алкоголь окончательно ударил ему в голову и он занес кулак для удара.

Как только костяшки его пальцев встретились с переносицей Макса, Ричи будто вернулся с небес на землю. Возглас толпы, чье внимание теперь-то уже по-настоящему было привлечено к троице, а не только в воображении Тозиера, отрезвило его. Будто заставило проснуться.

Отредактировано Richard Tozier (2017-12-23 18:45:34)

+2

13

Эдди сильнее сжимает свое запястье пальцами, откровенно нервничая. Музыка становится немного тише - кажется, заканчивается песня, и ребята, которые ближе всего к самопровозглашенному диджею, решают, что включить дальше. Наконец, они сходятся на едином мнении, и музыка возвращается, в этот раз что-то медленное и тягучее. Эдди стоит ни жив ни мертв под мелодичный голос Пинк, поющий о разрушающей любви, и смотрит на Ричи.

The stones you throw can make me bleed
But I won't stop until we're free
Wild hearts can't be broken
No, wild hearts can't be broken

У Эдди не дикое сердце. Оно у него самое обычное, и оно болит так сильно каждый раз, когда он видит непонимание в глазах Ричи, когда тот грустит из-за того, что он бракованный, когда он приходит домой с очередной вечеринки весь в засосах. Сердце у Эдди уже давно разломанное, растасканное по кусочкам, бьется сильнее от каждой улыбки Тозиера, причиняя только боль, захлебываясь в агонии. Но Каспбрак терпит, помогает Ричи, живет рядом с ним, заботится и смотрит украдкой с такой грустью, что впору удавиться.

Ричи не понимает, чем заслужил такое отношение. В его глазах тревога, непонимание и пьяная злость; в глазах Эдди - мольба и смирение.

- Я знаю, Ричи... - почти шепчет Каспбрак, действительно понимая, что Тозиер бы никогда не навредил ему специально. Эдди ужасно стыдно сейчас за свое поведение, за то, что не может ничего нормально рассказать и пользуется тем, что Ричи ничего не помнит.

"Это так легко наговорить ему всякого, чтобы он мучился от понимания того, что натворил, да, Эдс?"

У Каспбрака дыхание перехватывает от таких мыслей. Он замирает на месте, словно парализованный, и смотрит прямо в темные глаза Ричи. Эдди вздрагивает, отводит взгляд, не выдерживая, и упускает момент, когда все идет наперекосяк.

Кожу руки практически обжигает холодный воздух, когда рукав толстовки оказывается задран до самого локтя. Эдди удивленно смотрит на обнаженную кожу, покрытую именами. Они, словно черные метки, яркими пятнами выделяются на более светлой части предплечья, притягивая взгляд. Эдди искренне не понимает, почему видит их и что...

Но потом до него доходит, что именно сделал сейчас Ричи, поддавшись собственной импульсивности. Волнение охватывает все тело Эдди, настолько сильно, что его начинает тошнить и трясти.

Ричи разжимает руку и отпускает его запястье. Он ничего не говорит, только смотрит, словно пересчитывая имена своих любовниц на руке Эдди. Каспбрак думает, что он попал в свой самый кошмарный сон. Стыд накатывает волной, и Эдди бледнеет так сильно, что глаза на фоне белой кожи кажутся такими же всепоглощающе темными, как и у Тозиера.

"Может он ничего не понял? Он же как-то говорил, что не запоминает особо имена всех тех, кто не оказался его соулмейтом. Может мне повезет..."

Но Эдди смотрит в глаза Ричи и понимает, что нет, не повезет. Тот уже все понял и сам боится того, что осознал. Каспбрак мысленно горько усмехается, готовый упасть прямо тут, провалиться сквозь землю и оказаться в Аду, где уже приготовлен для него котел. "Ведь любить мальчиков неправильно, Эддичка! Люди, которые занимаются таким мерзким делом - больные! Ты ведь у меня не такой!"

Такой. Он - такой.

Грудь сдавливает, дышать становится невозможно, и Эдди невольно отшатывается от Ричи, пытаясь вдохнуть. Ощущение такое, словно его детская, выдуманная его дражайщей мамочкой астма вернулась, чтобы портить ему жизнь.

Эдди попытался что-то промямлить, наверное, сказать, что Ричи не так все понял, что да, он гей, но не влюблен до ужаса в своего лучшего друга с самого детства, попытался соврать, но из горла вырвался лишь тихий хрип, словно ему повредили голосовые связки. Каспбрак резко опускает рукав толстовки, запоздало пряча свой позор, свою тайну, которая больше не является таковой, и вздрагивает, когда рядом появляется Макс.

- Отвали от него, Тозиер! - цедит сквозь крепко сжатые зубы он и несильно пихает Ричи в плечо, показывая, что ему и правда лучше уйти. Эдди разрывается от желания одновременно оказаться подальше от Тозиера и сделать выговор Максу, чтобы он не трогал его друга. Его соулмейта. Именно поэтому он не успевает никак отреагировать, когда видит подозрительный холодный блеск в глазах Ричи. Они знакомы так давно, что Эдди прекрасно осознает, что будет дальше.

Кулак Тозиера впечатывается в переносицу Макса словно в кино. Каспбрак будто бы слышит противный хруст, хотя музыка все заглушает, и вскрикивает заместо своего друга. Макс делает несколько шагов назад, неверяще ощупывая нос, и бешено смотрит на Ричи. Толпа вокруг взрывается удивленными вскриками и шепотом; кто-то пьяно смеется и подначивает соперников. Эдди кричит, чтобы они прекратили все это немедленно, понимая, что Макс так просто все не оставит.

- Хватит! - Каспбрак видит, что Макс замахивается на Ричи, и делает, наверное, самую глупую вещь в своей жизни. Он подается вперед в надежде перехватить кулак университетского друга ладонью и невольно закрывает собой Тозиера.

Ну, кулак Эдди все же перехватил. Своим лицом.

Макс слишком поздно понял, что сейчас попадет в Каспбрака, поэтому затормозить не успел, пусть и пытался. Кулак проезжается по подбородку, красивое кольцо-печатка цепляет нижнюю губу и разрывает ее. Эдди жмурится от острой боли, охает почти удивленно и по инерции делает несколько шагов назад, сталкиваясь с Ричи. Почти повиснув на нем, он мотает головой, приходя в себя, и сплевывает кровь на пол. Кто-то из девчонок уже визжит, музыка затихает, и их окружает толпа любопытных людей, сквозь которую пытаются пробиться хозяева вечеринки. Макс бледнеет и бросается извиняться перед Эдди, обхватывает его ладонями за плечи и отстраняет от Ричи, питаясь притянуть к себе в объятья, считая, что они сейчас необходимы. Каспбрак мотает головой, хмурится, трогает зачарованно разбитую губу и пытается свободной рукой отпихнуть навязчивого Макса, но ничего не получается.

Толпа расступается и хозяева вечеринки наконец появляются. Им хватает одного только взгляда, чтобы сделать выводы и погнать всех троих взашей прочь, не желая разбираться потом еще и с полицией. Хотите драться - деритесь на улице, бросает один из них, когда Макс наконец-то вытаскивает все еще ошарашенного произошедшим Эдди на улицу, и закрывает дверь. Каспбраку мерещится звонкий девичий голос и от поворачивает голову немного в сторону, с каким-то глухим удовлетворением замечая, что Вероника увязалась за пьяным Ричи. Что ж, теперь Эдди хотя бы может быть уверен в том, что Тозиер доберется до собственной кровати без проблем, не уснув на лавочке у подъезда.
[icon]https://78.media.tumblr.com/3e01f9307b74099fa15fbf95bec7f3bb/tumblr_ofwtbiBtoS1qeey9xo1_250.gif[/icon]

+3

14

[icon]https://cdn3.savepice.ru/uploads/2017/11/13/60d64a65842a0fd1dca9eb87f857b30a-full.png[/icon][sign]http://sg.uploads.ru/t/ihWoN.gif[/sign]

виду не подам, но меня по стенкам мажет —
где ты там? где и с кем? мне правда скверно.

Пошла нахуй! — Ричи крепко стоит на своих двоих и в сопровождении явно не нуждается. Потасковка заставила его протрезветь окончательно и всю дорогу до дома Тозиер думал о произошедшем. Делал выводы, анализировал и пытался не сорваться. Вероника же действительно сильно мешала. Она постоянно крутилась рядом, прижималась, словно Ричи был не в состоянии и шага ступить без поддержки. Лезла с вопросами и сочувствием. Она совершенно не понимала причины, по которой это все произошло и, как подозревал Тозиер, ее это не особо волновало. Вероника делала вид, что их что-то связывает, в то время как сам Ричи ощущал, что между ним и любой девушкой теперь пропасть размером с потерянную Атлантиду. Все потому что он... Блять, все потому что он пидор. Так уж сложилось. И внутри себя Ричи орал, что это не так, но судьба такие оговорочки явно не принимала к сведению. Ричи был на грани, сходил с ума от шока и злился на весь мир. Вероника, пожалуй, просто попала под горячую руку. И именно эту самую руку из ее цепкой наманикюренной лапки Тозиер и вырвал, борясь с желанием ударить девушку. Тогда бы она совершенно точно ушла и больше не беспокоила бы его своим присутствием. Оно тяготило, — Отвали от меня, понятно?!

Что?.. — Вероника замерла в нерешительности. Еще бы. Все, кто знал Тозиера, не ждали от него такого по отношению к девушке. Он любил каждую особу женского пола, даже если никогда не просыпался с ней в одной постели. А если не любил, то как минимум уважал. Никто никогда не слышал, чтобы он оскорбил кого-то или унизил. Даже расставался с теми, кто ему надоел, Ричи по-доброму, не заставляя чувствовать себя покинутой. Вероника же сейчас стояла в растерянности и хлопала густо накрашенными ресницами. Она снова сделала шаг по направлению к Тозиеру, но тот сделал несколько назад. Вероника замерла, а Ричи почувствовал нечто, отдаленно напоминающее чувство вины. Только этого и не хватало.

Он яро затряс головой. Отгоняя подступившие мысли или же тем самым давая понять, что продолжать разговор не имеет никакого желания.

Мне не нужна помощь. Поддержка тоже не нужна. И провожать меня не надо, хорошо? — уже более спокойно, но все еще громогласно продолжил Ричи на выдохе. Он развернулся и пошел в сторону своего дома, даже не оборачиваясь на оставленную позади девушку. Ему нужно было о многом подумать. Остаться наедине с собой. Было бы не плохо привести мысли в порядок и... Ричи знал, что следующее время будет казаться ему неимоверно долгим.

И так и оказалось. Электронные часы, стоящие постоянно перед глазами, отмеряли время и каждый час тяжелым грузом падал на плечи Тозиера. Эдди домой не пришел и в этот раз. Мысль о том, что лучший друг — блять, серьезно, друг? — снова остался у этого придурка совершенно не помогала успокоиться. Ричи хотел впасть на несколько дней в алкогольную кому, но почему-то не позволял себе такой слабости. Он лежал на спине, уставив мутный взгляд в потолок. Изучал гладкую поверхность с редкими щербинками, но не видел ничего из этого одновременно. Думал о том, что узнал от Эдди и его рук и... Боялся, что не сможет принять правильное решение. Страх стал лучшим другом Тозиера.  Хоть кто-то же должен быть им для него, если Эдди теперь запредельно далеко.

Ричи ворочался всю ночь, не в силах заставить себя закрыть глаза и уснуть. Стоило ему сомкнуть веки, как фантазия проецировала воспоминания, связанные с Каспбраком. Появлялось слишком много вопросов, ответы на которые ему мог дать только сам Эдди. А Ричи и не был уверен в том, что хочет знать, например, как давно друг знает о том, что именно Тозиер является для него родственной душой. Как давно борется с чувствами, которые в нем закипают и, наконец, что появилось раньше — те самые чувства или же имена на руках? Может быть, Эдди принимает его под грифом «соулмейт» как должное?... Ричи трясет головой и утыкается лицом в подушку. Нет. Он видел его лицо. Видел и мог быть теперь уверенным в том, что Эдди его чувствует.

Он не спит всю ночь, думая о том, какого это — любить своего друга.

Ричи кричал, что помощь ему не нужна, но он чувствует, что тонет. Он анализирует свое собственное отношение к Эдди и это лишь сильнее запутывает его. Он не понимает, где находится грань между дружеской ревностью, на которую он списывал неприязнь к Максу, с ревностью, которую он мог бы испытать по отношению к какой-либо девушке. Ричи разрывается на части, гадая, есть ли у соулмейтов связь, над которой они не властны. Он читал множество статей о чистых руках, но никогда не видел статьи о том, что один соулмейт просто не любил другого.

Чистые руки. Ричи начинает понимать, почему у него никогда не было и единого имени на коже. Эдди никогда и ни с кем не был и, вероятно, как раз из-за него. Болью в голове отдается мысль о том, что мог тот испытывать, наблюдая на своих запястьях все новые и новые имена. Что мог чувствовать, когда Ричи приходил в подпитии и рассказывал об очередной девушке, которая могла бы оказаться его родственной душой, но не оказалось. Интересно почему, не так ли?

Он провел столько лет, ища своего соулмейта. Идеальную девушку с шоколадными глазами. И кто бы мог подумать, что ее не существует. Что есть только Эдди. Эдди, который пережил с Ричи столько, сколько никто бы не выдержал. Который научился принимать его таким, какой он есть, мириться со всеми изъянами и искать компромиссы. Который вытаскивал из петли, пусть и фигуральном смысле. Ричи готов разбить себе лицо, но уверен, что даже это не поможет ему испытать столько боли, сколько он причинил Каспбраку.

После бессонной ночи он плетется куда-то, сжимая в руке кожаную куртку и щурясь от слишком яркого солнечного света. Ричи не знает, гей он или нет. Он не понимает даже то, как относится к людям с нетрадиционной ориентацией. Он слишком привык к девушкам и не уверен, что готов вывернуть на другую дорожку.

Ричи не задумываясь приходит к нужному месту и замирает в нерешительности, наблюдая через стекло за Эдди. Тот выглядит вполне спокойно. Он спокоен всегда, даже когда внутри него взрываются планеты. И Ричи это знает. Он стоит и ждет, пока тот заметит его. Им есть, что обсудить и Тозиеру кажется, что он вполне готов к этому разговору.

Он вкрадчиво улыбается, когда взгляд Эдди встречается с его.


я грел твои руки, помнишь? не забывай об этом никогда.
и как бы не было сейчас там больно, я приду
я приду чтобы забрать тебя.

Отредактировано Richard Tozier (2018-01-03 23:15:43)

+4


Вы здесь » rebel key » Архив завершенных эпизодов » Из-за нее вся жизнь равна нулю


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно